Одна из особенностей социологии состоит в "природной междисциплинарности", связанной с тем, что многие ее ветви родились "на стыке" с другими науками: социология личности, социология права, экономическая социология, политическая социология и пр. От философии, как самой древней науки, традиционно изучавшей свободу, ее отличает эмпиричность, что крайне важно для изучения количественных и качественных закономерностей динамики свободы в меняющемся обществе. И наконец, в исследовании механизмов общественных изменений именно социология делает акцент на групповом уровне социальной реальности и на институциональных аспектах социальных действий.
Ставя во главу угла социологическое видение свободы, мы будем исходить, во-первых, из того, что начатые преобразования по переходу к более свободному и процветающему обществу по-разному сказались на уровне свободы разных социальных групп. Прежде всего, потому, что каждая социальная группа, занимая определенные позиции в социальной структуре общества, может включиться и включается (желают того или не желают ее представители) в ограниченные социальные отношения:
- в периоды общественных преобразований разные группы имеют неодинаковые возможности влиять на установление новых прав и отношений, которые впоследствии будут охраняться силой государства и будут обязательны для выполнения;
- из множества провозглашенных в каждый момент прав, определяющих характер официально допускаемых отношений, разные группы имеют возможность воспользоваться прежде всего теми, которые доступны для занимаемых ими социальных позиций. Прошлый и нынешний статус позволяет одним группам беспрепятственно воспользоваться новыми правами и свободами, другие же не могут реализовать их по тем или иным причинам (противодействие более сильных общественных групп, отсутствие связей в деловом мире, достаточных денежных накоплений, возможности взять кредит, информации, знаний, образования, опыта и др.);
- появляющиеся в периоды кардинальных общественных перемен новые возможности вертикальной социальной мобильности, хотя и смягчают, но не отменяют "социального распределения" новых прав и свобод. Во всяком случае, для того чтобы воспользоваться одним и тем же правом (прежде всего из группы социально-экономических), лица, занимающие более низкие социальные позиции, чаще вынуждены затрачивать больше усилий, преодолевать больше ограничений и барьеров, чем лица с более высоким социальным статусом. В итоге новые права и свободы обладают не только неодинаковой доступностью для разных общественных групп, но и неодинаковой "социоструктурной эффективностью", разным соотношением требуемых затрат и достигаемых результатов.
Объективные различия усиливаются различиями субъективными: разные общественные группы имеют неодинаковые способности к рефлексии, к осознанию действительных изменений своих прав и возможностей в новых условиях по сравнению со старыми; они неодинаково подвержены ошибкам в восприятии происходящего из-за идеологических воздействий (в прошлом и настоящем), доступа к информации, разного уровня и образа жизни и др. Конечно, субъективные различия характеризуют скорее индивидуальные особенности социальных субъектов, чем групповые, и в условиях общественных перемен они способны ощутимо "размывать" и дифференцировать прежние социальные группы (в том числе и через выбираемые модели поведения). Однако наряду с этой тенденцией неизбежно соседствует и другая, которая воспроизводит (сохраняет) различия между разными социальными группами по выделенным субъективным признакам, так что доля лиц, скажем, с высоким уровнем рефлексии будет выше у одних групп и ниже - у других.
