В последнее время, важно отметить, растет интерес к теориям, базирующимся одновременно на двух социологических моделях, на теориях, которые пытаются вовлечь в поле зрения и структуру, и действие и рассмотреть взаимосвязи между ними. Именно эти теории могли бы стать хорошим стартом (основой) для осмысления взаимосвязи между социетальной и индивидуальной свободами в меняющемся обществе. В этом смысле наибольший интерес, на мой взгляд, представляют две теории: "социального становления" (П.Штомпка) и "трансформационного процесса" (Т.И.Заславская).
Исходным пунктом теоретических построений П.Штомпки является выделение двух уровней социальной реальности: уровня общностей, или социальных целостностей надындивидуального типа, интерпретируемых как структуры (это - социальные системы, общества, культуры, цивилизации и др.) и уровня индивидуальностей, агентов, или субъектов (это - отдельные люди и члены коллективов). Последние предстают не пассивными объектами, но и не полностью автономными субъектами, они имеют определенную свободу, но в то же время ограничены в своей деятельности.
Кроме того, П.Штомпка выделяет два способа существования каждого из двух уровней социальной реальности - в качестве потенциальной возможности (это - внутренние тенденции, семена или зародыши будущего, способности, "силы" и т.д.) и в действительности (это - процессы, трансформации, развитие, поведение, деятельность и т.д.). Структуры рассматриваются как потенциальные возможности, раскрывающиеся в функционировании (оперировании), а деятели (агенты, субъекты) - как потенциальные возможности, реализующиеся в действии.
Социологическая модель социального становления П.Штомпки строится на соединении именно этих двух уровней и двух способов существования социальной реальности. В ней "структура" (и "оперирование"), "агент" (и "действие") взаимосвязаны и автономны одновременно: нет бесструктурных агентов, как нет и безагентных структур; но в то же время структуры не растворяются в агентах, и агенты не поглощаются структурами [П.Штомпка, С. 268 - 272].
Как структура (оперирование), так и субъекты (действия) обладают "своими особыми свойствами", "своей логикой следования", "своей собственной регулярностью". Независимая динамика структур проявляется в трех формах: "принцип инерции" (обычно предпочтительнее, чтобы функционирование продолжалось в том же режиме, без радикальных поворотов), "принцип момента, или континуальности" (за определенной стадией чаще всего наступает следующая, т.е. процесс не останавливается и не поворачивается вспять), "принцип последовательности" (следующие одна за другой фазы зачастую не могут быть пропущены). Поэтому структуры рассматриваются как эмерджентные (неожиданно возникающие) по отношению к субъектам, даже если они и включают последних. Соответственно, оперирование - это также динамические эмерджентности по отношению к действиям, пусть даже если без действий не было бы операций. Но и субъекты также обладают определенной свободой выбора, автономией, независимостью от их структурного местоположения, а их действия - также в определенной степени независимы от динамики социального контекста (в который они сами входят как его составляющая): они могут осуществляться против течения, быть анахроничными или нацеленными на будущее [П.Штомпка, С. 269 - 270].
